«Нет, – ответил Нилакарна. – Слишком хорошо помню».
– Вот-вот. А подумать головой-то? Она не токмо под шапку дана. И не токмо чтобы есть в оную. А в вашем случае не токмо чтоб вас промеж ушей чесать. Что она вам сказала, а?
«Я буду убивать всех, кто любит тебя, и всех, кого полюбишь ты».
– А почему? Подумать-то головой своей разумной?
– Ох! – вдруг воскликнула Кэт и схватилась за щеки.
Нилакарна не сводил глаз с Брюса.
«Чтобы я… стал человеком… меня должны полюбить? И я тоже?»
– Вот-вот, – кивнул тот. – Именно. Сказки читали небось. А как говорится – сказка ложь, да в ней намек. И стать человеком вы, как вижу, – покосился на Кэт Брюс, – хоть сейчас можете. Коли не боитесь.
Нилакарна выпрямился, напрягшись, как струна.
– Только вот тут есть одна беда, – проговорил Брюс, перелистывая страницу Черной Книги и водя по строкам старческим корявым пальцем. – Вы, сударь мой, не одну жизнь прожили, будучи котом. А как станете вы человеком, то сроку вам до зари. Ежели вечером человеком станете – до утренней, ежели днем – до вечерней.
– И никак этого не изменить? – в ужасе воскликнула Кэт. – Посмотрите, ведь вы же все знаете, все можете!
– Все один Бог может, – сурово отрезал Брюс. – А тут, ежели по науке логике мыслить, только так и получается. И книга про то говорит. Увы, – развел руками Брюс и вздохнул. – Конечно, вы, сударь мой, можете остаться котом. Может, и врагиню свою убьете, котом будучи. И будете жить вечно. Котом.
– Нилакарна, – прошептала Кэт, – тогда ты лучше оставайся котом. Ты лучше… не надо. Я тебя не брошу! – Кэт схватила Нилакарну как простого кота, крепко-крепко прижала к себе и зажмурилась, чтобы не разреветься. Кот не сопротивлялся. Кэт не слышала его мыслей – Нилакарна был просто поражен. – Мы пойдем. Спасибо, Яков Вилимович. Мы пойдем, – засуетилась, тихо всхлипнув, Кэт.
Брюс встал, погладил ее по голове:
– Надейся, царевна. Бывает ведь и такая вещь, как чудо.
– Кто мы такие, чтобы ради нас произошло чудо? – прошептала Кэт.
– А и правда – кто такие? – язвительно поддакнул Брюс. – Кто мы все Ему такие, чтоб для нас чудеса совершать да на крест лезть? Надеяться надо! – Он тихонько стукнул Кэт по лбу сухоньким кулачком. – Надеяться! Да, – вдруг обыденным тоном добавил Брюс. – За всем не забудьте друзьям вашим сказать, чтобы искали вход в Дом, где господин Владыка Мертвых бал держать завтра изволит, на улице, которая есть, но которой нет. В доме, которого нет, но дверь в коий имеется. А приметка будет такая – пусть следуют за черным одноглазым котом.
Кэт еле слышно поблагодарила. Ей было стыдно – ведь Игорь сказал ей, где искать ответ. А она чуть не забыла о его просьбе… Она молча побежала вниз, прижимая к себе кота. Внизу остановилась, решительно вытерла слезы.
– Нилакарна, что бы там ни было. Ребята старались ради нас. Давай не покажем виду, ладно?
Кот молча коснулся ее щеки своей пушистой щекой.
Хеллоуин
Разбирали они родительскую комнату всю ночь. Из вещей Игорь оставил только мамины выходные платья, поскольку они были настоящими произведениями искусства Мама всегда умела блистать в свете. Анастасия настояла еще на шляпках и всякой аксессуарной мелочи.
– Пусть будет, – сказала Анастасия. – А то сейчас приходит поколение – и будто ничего до них и не было. Пусть останется старая мебель. Пусть вот в этой комнате будет, как и прежде, библиотека. А посидеть тут – ну не знаю… Дискомфорта я лично не чувствую. А ты?
– Теперь – нет, – ответил Игорь.
Они достали бокалы из потемневшего хрусталя, зажгли свечи. Игорь налил вина, а Анастасия принесла яблоки. Два бокала поставили под портретами папы – тем самым, с вишнями, и маминым, в «малахитовом» платье. Папа называл этот портрет «Хозяйкой Медной горы».
– Тебе нужно платье, – сказал Игорь. – На бал.
Анастасия неопределенно дернула плечом.
– Утром пойду поищу что-нибудь. Хотя на какие шиши? – Она пожала плечами.
Игорь встал.
– Зачем? Надень мамино «малахитовое». Мне кажется, тебе пойдет.
Как ни странно, Анастасия не отказалась.
Игорь вышел. Включил на кухне маленький телевизорчик, послушал перспективы на погоду. Резко обернулся, ощутив спиной теплый взгляд. В дверях стояла Хозяйка Медной горы.
– Ну как? – с некоторой робостью спросила она.
– Да слов нет, – улыбнулся Игорь. – Очень красиво. Прямо для бала. – Игорь коротко рассмеялся. – А ты умеешь танцевать?
– Нет. А ты?
– И я нет!
Они расхохотались.
– Что-то зря мы смеемся, – сказала Анастасия, когда взрыв нервного веселья улегся. – Кто знает, чем кончится?
– Потому и смеемся сейчас.
Анастасия встала.
– Кстати, а ты в чем пойдешь? Не абы куда идем, к Владыке Мертвых.
Игорь пожал плечами:
– Ну есть у меня один костюм. Я в нем женился. Боюсь, уже не влезу.
– А я боюсь, ты в пиджачной паре да с саблей будешь смотреться по-идиотски. Пошли, пошли твой гардероб смотреть! – Анастасия решительно потянула Игоря за руку, тот пожал плечами и подчинился.
Анастасия забраковала все. Сочетать саблю с Игоревым гардеробом ни в какой комплектации было невозможно. Оба, растрепанные и запыхавшиеся, сидели на полу в окружении разбросанных рубашек, джинсов, жилетов и свитеров.
– Так что получается – это тебя придется обмундировать?
Игорь затосковал.
Анастасия села на диван. Задумалась.
– Послушай, – тихо начала она, – а если посмотреть вещи твоего отца? Те, что ты сохранил?
– Так они старые, уже вид потеряли, наверное…
– Давай все-таки посмотрим.